У истоков киберпанка: «Нейромант» Уильяма Гибсона

У истоков киберпанка: «Нейромант» Уильяма Гибсона

Киберпанк

Находите ли вы занятным тот факт, что жанр, будто бы созданный для того, чтобы быть визуализированным, рисуя на большом экране панорамы технологичных мегаполисов и залитые неоном грязные переулки где-то ниже, родился на страницах печатных книг? Взять, например, классического представителя жанра, «Призрака в доспехах». Франшиза, по большому счёту, ассоциируется у людей в первую очередь не с мангой Масамунэ Сиро, а с её экранизацией, режиссёром который стал Мамору Осии. И нисколечко не смущает, что персонажи, сюжет, да и тон оригинала были кардинально переработаны — каноничными образами остаются в кино, но не на страницах манги.

Тем не менее, история говорит нам, что истоки киберпанка были заложены в книгах, а одним из первооткрывателей, посягнувшим на каноны утопичной научной фантастики, где человечество смело смотрит в безоблачное будущее, стал Уильям Гибсон — американо-канадский писатель, из-под пера которого в 1984-м году вышел «Нейромант». Времена эти были настолько далёкими, что самого жанра киберпанка тогда не существовало. Он родился сам по себе в стремлении авторов привнести в фантастику что-то новое, а название было взято из одноимённого рассказа Брюса Бретке.

Есть версия, что киберпанк появился по иным причинам. Любое произведение — это продукт своего времени, а политический, экономический и социальный контекст непременно влияет на искусство. Оно же, в свою очередь, таким образом становится зеркалом, отражающим страхи, переживания или, наоборот, надежды людей той эпохи.

Если суть жизни составляет информация, передающаяся при помощи генов, то общество и культура — ничто иное, как дополнительная гигантская система для накопления и хранения информации.

«Призрак в доспехах 2: Невинность»

Полагаю, именно по этой же причине актуальность киберпанка сегодня остаётся под вопросом. Крупные гиганты индустрии вновь и вновь пытаются продать потребителю знакомую эстетику, те же истории и персонажей. Не продаётся: просто посмотрите на коммерческий успех «Бегущего по лезвию 2049» или игровых экранизаций «Призрака в доспехах» и «Боевого Ангела Алиты». А насколько бы хорошую прессу не имела последняя дилогия Deus Ex, от необходимости впасть в криогенный сон её это не спасло. Лишь единицы остаются в живых. Актуальность обязывает меняться, но ниша остаётся.

Киберпанк — это нишевый поджанр фантастики, вобравший в себя огромное множество отличительных особенностей, позволяющих сказать: «Да, это точно киберпанк», — и одним «high tech, low life» он не ограничен. Уильям Гибсон не рассчитывал продать «Нейроманта» впечатляющим тиражом, но вместо этого, выиграв тройку престижных наград, навлёк себя на успех и был вписан в историю как один из отцов-основателей грязного, тягучего, но вместе с тем чарующего направления научной фантастики.

Не громко ли звучат все эти регалии? Для произведения, которое окончательно сформировало жанр, заложив в него бесчисленное множество тропов или, если хотите, канонов, конечно же нет.

«Художник мыслит образами»

Золотое правило, которым стоит придерживаться молодым и начинающим авторам. Качество образов «Нейроманта», чем бы это ни было, можно легко проверить на практике, ведь читая роман, ты то и дело будешь встречаться с множеством описаний из других, более поздних представителей жанра. И это первое, с чем сталкивается читатель. Заимствований настолько много, что «Нейромант» читается как набор клише, понатасканных отовсюду, но истинное положение вещей отрезвляет, ведь известно, откуда ноги растут.

Огромная космическая станция-веретено для богатых представителей человечества, в ресторанах которого подают не дешёвую синтетику, а настоящее мясо. Ничего не напоминает? Художественный фильм «Элизиум: Рай не на Земле» 2013-о года от Нила Бломкампа, например.

Или плащ, способный сливаться с окружением? Так это ведь визитная карточка «Призрака в доспехах», термооптический камуфляж. Технология симстим похожа на аналогичный брейнданс из Cyberpunk 2077 — это возможность пожить в шкуре другого человека, видеть его глазами и чувствовать его телом. Да даже такие понятия как кибердека, лёд, киберпространство и ИскИны были взяты напрямую из романа, а сюжетная арка с воровством конструкта известной личности из лап корпорации похожа на миссию со штурмом Арасаки, но если бы игрок управлял не наёмником Ви на передовой, а хакером.

Механические очки Адама Дженсена? Импланты-линзы Молли. Матрица как симуляция окружения? Хорошо известная всеми кинотрилогия от братьев Вачовски. Взлом призрака, подмена воспоминаний и управление человеком на расстоянии? Бывший военный Армитидж — ходячая безвольная кукла, воплощающая в себе эти качества. Не говоря уже о подпольных торговцах информацией, гигантском мегаполисе Муравейнике, где идеологии и субкультуры рождаются и умирают чуть ли не каждый день, и маргиналах-одиночек, не готовых мириться с системой — это всеми хорошо знакомые киберпанк-образы, а их концентрация в романе переходит все мыслимые пределы.

Подобная насыщенность узнаваемыми образами поражает и заставляет восхищаться «Нейромантом», ибо нет лучшего комплимента работе автора, чем бесконечное и повсеместное цитирование даже спустя много и много лет.

Сюжет

Кейс — это кибер-ковбой, поневоле вынужденный оставить скитания по киберпространству из-за инъекции специального токсина после конфликта с работодателем. Для человека его профессии лишение возможности подключаться к деке сродни смерти, потому что тело для кибер-ковбоев — просто мясо. Чтобы излечить организм, Кейс отправляется в Японию к лучшим нейрохирургам планеты, но даже им остаётся лишь разводить руками.

Хакер берётся за торговлю наркотиками, сам плотно подсаживается на стимуляторы и ведёт самоубийственный образ жизни. Кажется, что без киберпространства он совсем потерялся, но всё меняется, когда в его комнате в отеле — комнаты там похожи на небольшого размера гробы — он встречает девушку по имени Молли с выдвижными из пальцев лезвиями и линзами вместо глаз, напоминающие то ли очки, то ли окуляры насекомого.

Кейса вербует бывший военный по имени Армитидж, чтобы тот выполнил для него пару заданий в качестве кибер-ковбоя, а ударной силой отряда будет Молли, способная благодаря улучшенной реакции и встроенным в пальцы лезвиям выполнять самые разные боевые задачи.

По мере развития сюжета наёмники будут вынуждены совершить набег на здание корпорации Сэнснет, выкрасть в Стамбуле ценного сообщника, который мастерски владеет иллюзиями, а затем нанести визит богатой семье Тессье-Эшпул, проживающей на космической станции на Фрисайде. Помимо этого они ввяжутся в разборки искусственного интеллекта и даже встретят сотрудников полиции Тьюринга — специальной организации, следящей за соблюдением правил эксплуатации ИскИнов.

Сама история таит в себе ряд интриг, а темп повествования «Нейроманта» сбалансирован: есть экшен, хоть из-за специфики фокального персонажа, коим является Кейс, он скоротечен и не масштабен; диалоги разной степени напряжённости, от спокойного обмена колкими фразочками до окутанных тайной сцен; и много, очень много описания. Здесь мне хотелось бы остановиться подробнее.

Поэтика

Думаю, тягу Уильяма Гибсона к описательному материалу хорошо иллюстрирует выдержка из его интервью The Guardian.

«На самом деле я смог написать «Нейроманта», потому что ничего не знал о компьютерах, — говорит он. «Я буквально ничего не знал. Что я сделал, так это деконструировал поэтику языка людей, которые уже работали в этой области. Я стоял в баре отеля на съезде научной фантастики в Сиэтле и слушал этих парней, которые были первыми программистами, которых я когда-либо видел, и они рассказывали о своей работе. Я понятия не имел, о чем они говорили, но впервые услышал слово «интерфейс» в их лексиконе. И я обомлел. Вау, вот это слово. Серьезно, поэтически это было прекрасно.

Уильям Гибсон в интервью The Guardian

Выше было отмечено, что киберпанк лучше всего чувствует себя именно в кино, потому что здесь остаётся большой простор для визуализации. Из-за живописных пейзажей и пространства, где можно было бы применить свою фантазию для воплощения самых невероятных вещей, из-за контрастирующего друг с другом мрачного нуара и яркого неона, из-за фантастических образов и прочих элементов киберпанк-сеттинга. Одним словом, визуальная эстетика — одна из ключевых особенностей жанра, которая была в полной мере отработана ещё в «Нейроманте». Это красиво, поэтично, даже если слово «Интерфейс» перестало быть каким-то особенным и плотно въелось в наш лексикон.

Маниакальное стремление Уильяма Гибсона описывать окружение, элементы гардероба, ощущения персонажей в мире или очередную фантастическую приблуду, как ни странно, не бросается в крайность, не выливается на бумагу килотоннами воды. В конце концов, это действительно звучит красиво.

Кейс смотрел на безлюдный глухой тупик. По перекрестку катился мятый газетный лист. Густо натыканные купола что-то такое делают с конвекцией, и в Ист-Сайде всегда дуют странные ветры. Кейс посмотрел сквозь окно на безжизненную вывеску. Её Муравейник — совсем не его Муравейник, решил он. Молли провела его через дюжину баров и клубов, о которых он никогда не слыхивал, и везде какие-то дела, чаще ограничивающиеся многозначительными кивками. Поддерживание связей.

Отрывок из «Нейроманта»

Перевод на русский язык Михаил Пчелинцев

Буйные всполохи лазерного света превращали её лицо в код: скулы вспыхивали алым, когда пылал замок колдуна [прим.: действие происходит в аркадном зале], лоб высвечивался лазурью, когда в Мюнхен входили танки, и рот озарялся жарким золотом, когда скользящий курсор высекал искры в каньоне небоскрёбов.

Отрывок из «Нейроманта»

Перевод на русский язык Михаил Пчелинцев

С точки зрения языка, поэтики, разных художественных приёмов — наличия эпитетов, метафор и сравнений — текст романа практически безукоризнен и бездонно красив.

Но есть одна особенность: ввиду своей поэтичности и несмотря на повсеместное описание, мир Гибсона не кажется чётко очерченным, детализированным. Он вырисовывается довольно грубыми мазками, что, во-первых, может пагубно сказаться на восприятии текста, но, во-вторых, даёт свободу для интерпретации визуальных образов. А так как фантастика в любом случае обречена стать винтажной, абстракция благоприятно сказывается на сохранении правдоподобности и художественной ценности текста.

Особенности повествования и содержание

Читать «Нейроманта» порой бывает тяжело. На это есть несколько причин, первая из которых — абстрактность. При желании выудить из текста максимум информации, вполне вероятно читатель не сможет нарисовать картину происходящего в достаточной степени цельную. Об этом было выше.

Иногда нужная читателю информация маскируется под понятиями, в нашем случае англицизмами, чью важность можно перепутать с важностью описания какого-нибудь причудливого карбонового приспособления. Один из отрывков романа мне приходилось перечитывать десяток раз, потому что без понимания работы действия сублиминальных имплантов, а во время чтения романа вы едва ли сразу схватите их суть, дальнейший текст превращается в какой-то цирк, когда из человека, прям как в кинофильме «Чужой», вырывается двухметровый монстр. И никто прямым текстом не напишет, что этот персонаж способен создавать иллюзии. «Да что здесь вообще происходит?»

А описание главного героя романа, Кейса, находится не где-то в начале, а в заключительной главе, когда история близится к своему логичному завершению. Благо, внутренний мир персонажа будет прописан достаточно, чтобы обложку книги отдать на откуп голодающей фантазии и не слишком зацикливаться на этом.

Повествование «Нейроманта» не отличается понятностью и может оказаться сложным, ещё и жанр научной фантастики, где жизненно необходимо уделять время футуристичному окружению, даёт о себе знать. Поэтому стоит заранее приготовиться к ухабистой дороге — прокатиться по тексту как по маслу не получится.

Но вот что интересно: даже с учётом недружественного повествования, история «Нейроманта» производит эффект. Возможно, не самый сильный, но производит. Когда в эпилоге Кейс наблюдает финальную картину, есть шанс словить мурашки и огорчиться, что роман подошёл к концу. А это значит, что на базовом, драматургическом уровне Уильям Гибсон справился, наделив своё произведение не только поверхностными атрибутами, но и достойным содержанием.

Если интерпретировать происходящее в романе, то самым близким по смыслу произведением будет Ghost in the Shell с его симбиозом двух сущностей в финале, которое метафорично рисует жизнь через развитие, движение. Но в «Нейроманте» тема раскрывается сильно иначе. Здесь главными приёмом служит противопоставление движения и статики. Прошлая мотивация для Кейса становится вторичной, он готов идти в пекло по иной причине.

— Дай нам этот долбанный код, — сказал Кейс. — Иначе просто ни хрена не изменится, ни-хре-на <...> Я не знаю, что будет, если У. победит, но ведь хоть что-то изменится!

Метафора осиного гнезда, системы, где особи подчиняются определённой иерархии и которая иллюстрирует все стадии жизни, становится ключевой в романе. Устоявшаяся, развивающаяся только в биологическом ключе, паразитирующая система вызывает гнев и желание её уничтожить, как и виллу «Блуждающий огонёк» семьи Тессье-Эшпулов, философия которых стремится к перекладыванию всей ответственности на ИскИнов и вечной, беззаботной жизни.

В заключение

Для меня как человека, который пристрастно следит за жанром киберпанка, «Нейромант» оказался машиной времени: прекрасной возможностью окунуться в прошлое, отследить ряд процессов, сформировавших целый поджанр научной фантастики. Конечно же, мне понравился роман, но, полагаю, не все разделят моё настроение по причине того, что читается работа тяжело. Но оно того определённо стоит.

«Нейромант» — это квинтэссенция жанра, тру-киберпанк как он есть. Роман рисует грязный мир далёкого будущего, обрамляет его в красивую, поэтичную форму и наделяет текст достаточной содержательностью, чтобы у читателя оставался простор для интерпретаций и разночтений. Отличное произведение, но, к сожалению, не для всех.

Пара слов об издании от Азбуки, которое читал:

  • Твёрдый переплёт, есть бумажный рукав. Оформление книги отличное;

  • Страницы тонкие, белые, а потому маркие;

  • Перевод Пчелинцева мог быть, как мне кажется, лучше. И дело не только в бессмысленных англицизмах, а во всём тексте, который порой сложно читаем;

  • Без иллюстраций;

  • После романа идёт сборник рассказов «Сожжение хром», куда входит в том числе и популярный «Джонни Мнемоник».

186

Комментарии

Нейромант капец тяжело читался. В принципе Гибсон довольно тяжёлый, будто ты не художественную литературу читаешь, а собрание сочинений Ленина

Это первый роман трилогии. Последующие его романы (после цикла нейромант) уже не настолько сильно оторваны от реальности (та же трилогия синего муравья). Тоже будущее, но куда более близкое (дроны, нанодеструкторы, особое сетевое творчество, выкладываемые кусками и так далее). Жаль что нового в жанре почти ничего не выходит (последним был пожалуй видоизмененный углерод; всякие штуки типа "free guy" не являются чистым киберпанком)